Рыбачил давненько с ночевкой на одной речке. Речка находится недалеко от впадения Мсты в Ильмень, и потому всегда богата рыбой.
Рано утром я решил пройти по берегу со спинингом. Кидаю блесну, а сам поглядываю на середину неширокого русла. Красный стерженек, похожий на поплавок из гусинного пера, то в одну сторону проплывет, погрузится. Вынырнет, в другую сторону медленно плывет... Положение строго вертикальное, как и полагается поплавку! Ни ветра, ни течения... На берегу нет ни кого с удочками. Да и накануне людей здесь не видел! Кидаю блесну и вытаскиваю "гусинное перо", пару метров какой-то импортной лески (дифицит тогда был у нас!). А на блестящей, как золотая, мормышке сидел полукилограммовый подлещик! Сколько этот бедолага с этой снастью плавал, только ему известно!
Подлещика я принял, как подарок, а "золотую" мормышку привязал на свою удочку. Через пару часов мне ее благополучно откусил щуренок!

Есть такая деревня на берегу Мсты, под Великим Новгородом. Белая Гора называется. Любили мы на реке там зимой удить. Мелочь всякая, а в конце зимы лещ там начинал брать. Сидим, удим напротив деревни. А дедок белогорский у своего берега топляк ловит. Там яма в несколько слоев бревнами утонувшими завалена. Столько лет лес по Мсте сплавляли! У деда майна прорублена, лебедка ручная на лед притащена. Нащупает багром лесину, забьет в нее пику, зачикерит тросом пику и крутит лебедку! Натаскает с одной майны кучу бревен, потом этой же лебедкой добычу на крутой берег. Напилит и сложит. За зиму - две машины дров!
Время от времени прибежит к нам с удочкой, наши лунки проверит! Заодно много интересного расскажет. Например, как всю жизнь на сплаве проработал!
"Дядя Коля! Ты, наверное, специально у дома себе на старость заначку сделал?!" Смеётся!
Или рассказывает, какое он только что бревно вытащил. А сорвалось еще больше! Не выдержала, пика сломалась... А вчера, где мы удим, леща на полтора кило поймал! Не врал, мужики видели!
Такая вот, рыбалка! Бывает!!!

Наши зимы всегда нам преподносили различные сюрпризы. Так и в тот раз, середина зимы отметилась необычайно теплым периодом. Снежный покров везде заметно просел и потемнел, а прошедший обильный дождь смыл остатки снега на реке. Обычно матовый и шершавый лед превратился в гладкую поверхность, похожую на необычайно прозрачное стекло. Естественно, на середине реки было невозможно что-либо увидеть. Но, на мели у берега четко созерцалось илистое дно, со всеми его достопримечательностями и обитателями. Стайки окуней неспеша ретировались при приближении человека. Молнией сверкала, подняв муть, спугнутая щука. Только сонные налимы спокойно продолжали лежать на дне, совершенно не обращая внимания на стоящего над ним рыбака. Естественно, ни о каком ужении в таких условиях не могло быть и речи.Сидящие неподалеку два мужичка снимали стресс от неудачной рыбалки водочкой. Возвращаться домой без рыбы им не хотелось. К тому же, кроме банального ужения, они знали немало способов ее добычи. Один из них пошел домой, благо рядом, и вернулся с пешней и огромной деревянной колотухой, похожей на кувалду. Выйдя на отмель, один со всей дури ударял "кувалдой" по льду над налимом, второй начинал после этого остервенело прорубать пешней лунку. Несмотря на свою прозрачность, лед был очень толстый. Налим успевал "очухаться" и не спеша менял позицию! Мужики снова и снова били по льду, долбили пешней лед. Гул от ударов по льду разносился в разные стороны. Стоящие рядом другие рыбаки с наслаждением подтрунировали над ошалевшим от азарта и выпитой водочки дуэтом. Надо сказать, что такой интенсивный труд довольно быстро отрезвил "ударников". Потратив весь запас неуемной энергии, они забрали снасти у ушли домой. А зрители ледового спектакля еще долго обсуждали забавное зрелище!

На той же самой автобусной остановке, но уже в другой раз наблюдал не менее забавную картину. Мужики пришли с озера и ждали автобус. Кто сидел в павилиончике, кто рядом на своем ящике. Народу собралось довольно много. Оживленно обсуждали удачи и неудачи прошедшего дня, показывали друг другу трофеи. Или, просто сидели и мечтали о предстоящих вылазках на лед... Некоторые доедали несъеденую пайку. Вокруг крутились хвостатые "аборигены" и с надеждой поглядывали на чавкающих рыбаков.
Один из мужиков достал из ящика пакет со смачным куском сала и хлебом. Стоящие рядом друзья предложили ему подождать чуток и убежали в деревню за самогоном. Мужик одобрил сие предложение и положил пакет на ящик. Сам же продолжал делиться с рыбаками впечатлениями о рыбалке.
Тем временем, лохматая и явно не комнатная болонка, с пакетом в зубах, спокойно семенила от рыбаков. Кто-то крикнул: "Чья пайка?" В ответ все дружно засмеялись, тот мужик громче других! Вдруг он посмотрел на свой ящик и, с криком "отдай сало!", стал бегать за собачонкой. Зрелище было неописуемое! Сало мужик так и не смог отвоевать...

Надеюсь, наши рыбаки хорошо знают, какой "прессинг" на них оказывают четвероногие "таможенники" в приозерных селах!
Давно было. Ездил я на зимнюю рыбалку на Ильмень автобусом до деревни Наволок. Возвращаешься обратно на остановку, а там уже ждет разномастная мяукающая и лающая ватага местной "братвы".
В начале зимы темнеет рано, да и ходил в озеро недалеко... Подхожу однажды к остановке, следом еще рыбак приходит. До автобуса час целый ждать еще надо. Сидим в павильончике, добиваем пайку и чай, впечатлениями делимся. Мимо котяра идет приличного по всем параметрам вида. Нас, как бы и не замечает... Угораздило же моего соседа "кыс, кыс" сказать! Киса к нам подошел и вопрошающе промяукал, типа: "Привет, мужики! Вы меня, наверное, угостить хотите?"
Сосед достает из ящика ерша и протягивает коту. Тот чуть ли не вместе с рукой выхватывает рыбу и съедает. Еще просит, еще... Мужик вежливо так ему объясняет, что дома своих три кошака хозяина с добычей ждут. Извини, мол!
Открываю я ящик. Не было у меня тогда кота в семье. Кидаю одну рыбеху. Съел кот. Еще кидаю, еще... Наконец киса наедается и... И начинает по одной таскать рыбу к дому напротив остановки. Схватил, побежал. Через минуты три бежит за следующей с воплем!
Уже с озера народу уйма пришло. Все с интересом наблюдают, что раньше произойдет: у кота совесть появится, или рыба у меня закончится!
А мне уже надоело мелочь наощупь в ящике выбирать. Да и руки замерзли!
А коту никак неугомониться, видно у хозяев ему план установлен!
Первый я не выдержал и сказал "хватит!". Кот, на удивление, не стал спорить и позволил взять себя на руки и погладить!

В свои десять лет я считал себя предостаточно опытным рыбаком. Жил с родными тогда на богатом рыбными озерами Карельском перешейке. Среди моих трофеев уже были полукилограммовые окуни и подлещики, пойманные на спиннинг щучки. Пусть я еще не профи, но и не новичек уже! Поразивший душу рыбацкий азарт завладел мной до конца жизни. Ко всему прочему - ощущение своей значимости в качестве кормильца семьи.
 Мне было уже мало регулярных утренне-вечерних посещений своих любимых мест. Хотелось чего-то особенного...
 Пару раз мне уже посчастливилось со старшими побывать на рыбалке с ночевкой. Масса впечатлений с пением соловьев, с завораживающим костром и с настораживающими шорохами в кустах.
 К этому походу мы с Сашкой подготовились с особой тщательностью. Котелок, ложки, старый чайник... Необходимые для приготовления ухи продукты. Все кроме рыбы, конечно! Далеко идти небыло необходимости. Большое поле, лесок, а за ним и озеро. Полчаса ходьбы, не больше!
 Сашку привез на каникулы теткин муж. Это был его сын от первого брака, мой сверстник. Отношения у меня были с ним не очень теплые - сказывалось детское соперничество за внимание со стороны взрослых! Но рыбалка нас объединяла, заставляла забывать мелочные обиды.
 Мы предусмотрительно предупредили взрослых о наших планах, и отправились в путь...
 Веселые всполохи костра на берегу, булькающая в котелке вода. Рыба уже почищена, лежит на траве. Мы сидим у костра с чаем в кружках, беседуем "за жизнь"
 Всю идиллию разрушил грозный голос нашей старшей, взрослой уже сестры. Она появилась из темноты с длинным, как наши удочки, прутом и с многообещающим выражением лица!
 Наше преждевременное возвращение домой с наспех собранными удочками и котелком сравнимо с конвоированием арестантов на пожизненную каторгу.
 Испорченый праздник. Обида на взрослых. Мы ведь их предупредили...
 А дома нас ожидал "теплый прием"!
 Сейчас все эти детские обиды вспоминаются, как светлые мгновения нашей жизни. Как же они были незначительны по сравнению с теми, что нас ждали во взрослой жизни!  
 

Скорифанился я с Анатолием не случайно. Куда не приехал порыбачить, а он там уже. Или следом подъедет. Причем, не сговаривались. Судьба видно...
Сидим у костра вечером, чайничек закипает. Анатолий достает из рюкзака бутерброды, кружку, пачку чая, сахарный песок в баночке из под кофе, соль... В такой же банке!
Удивляюсь, как он умудряется не путать два столь разных продукта в темноте! Анатолий рассказывает, как однажды таки перепутал, "посластил" чай солью. Чуть не помер, еле отпился...
Чай готов. Наливаем, сластим. Каждый из своей банки. Анатолий с наслаждением делает первый глоток... И с ужасным видом бежит к берегу, жадно лакает воду...
В другой раз соль и сахар были в тех же банках!

Мудрая природа, зализывая раны, превратила придорожные карьеры в живописные озера. Прозрачная вода, красивый и удобный берег. Очень быстро карьеры зарыбились щукой, карасем и пищей для них - верховкой. Карася было много, клевал он постоянно и при любой погоде. Естественно, не хотелось заморачиваться на вечно голодной мелочи, приходилось искать способ заинтересовать более крупную рыбу. Ловля на червя обрекала последнего на моментальное растерзание. Самой надежной наживкой оказался хлебный шарик размером с горошину. Мелюзга его мусолила, пока не подходил полукилограмовый красавец и надежно не засасывал хлеб вместе с крючком. С прикормкой не изощрался, так как работал ( и сейчас работаю) на птицефабрике! Однажды вечером пробирался вдоль берега ближе к дому. В одном месте у туристов были вывалены в воду у берега "неосиленные" макароны. Среди многочисленных участников пиршества я увидел пару крупных "золотых" карасей. Вновь разматываю удочку, подкидываю к карасям наживку. Флегматичные золотые караси никак на нее не реагируют. Подвожу хлеб к морде одного из них, вижу шевеление рыбьих губ! Приподымаю удочку - подымается карасья морда, опускаю - морда опускается... Подсекаю, вытаскиваю пофигиста на берег! В следующий раз уже специально подкидываю приваду у берега, жду. Потом ловлю "на выбор"! Однажды мой метод дал сбой. Переборщил с кормом! Полтора десятка крупных серебрянных карасей с остервенением рыли дно, пожирая куринные комбикорма. Я обреченно подкидывал свою снасть в "гущу события", но... Только один карась обратил на нее внимание!

  Лет пятнадцать назад сижу в своей "уфимке", азартно таскаю толстых карасей размером с ладонь. Приезжает с Новгорода (20км) мужичек на "Москвиче", садится в свою лодку и, как челнок, начинает сновать по карьеру! Знаю его, как матерого карасятника - встанет на груз, прикормит и таскает, всем на зависть... А, сейчас! "Прочесав" весь водоем, подплывает ко мне: "Нет нигде рыбы... Не, у тебя есть!" А, то! Ценная информация! К борту резиновой лодки прикреплена хитрая и очень дорогая американская хреновина. Эхолот называется! Расстроенный результатом электронной разведки "продвинутый" рыбак погрузил лодку, удочки и эхолот в машину и уехал. А я еще долго таскал карасей по "старинке"!

   Давно это было. Еду на велосипеде с рыбалки. Впереди два моих компаньона. Рыбачили «до упора». Караси на карьере клевали жадно, но у самых крупных лаптей аппетит проявлялся только перед сумерками. Возвращались по темноте через лесок, потом ехали по наспех уложенной бетонке. Справа от дороги был лес, слева – дренажный ров, за ним засеянное поле. По ближнему к нам краю поля усердно трудилась какая-то «бригада»! Остановились, всматриваемся. Две взрослых хрюшки и ватага полосатиков при них. Животные бросают любимое занятие и, с громким топотом перебежав дорогу, исчезают в лесу. Придя в себя нажимаем на педали… Перед нами с визгом проскакивает обалдевший от страха «двоечник». Отстал, видите ли, он…

   Прошло сколько-то времени. Также и там же едем. Опять на «ощупь»! Уже лето, поле из-за кустов не видно. Это же стадо вновь подрезает нам путь и растворяется в темноте.

   Следующее мое позднее возвращение было в полном одиночестве… Ехал, напрягая слух и зрение. Благополучно проехал «нехорошее» место. Дальше шла хорошо освещенная асфальтовая дорога от птицефабрики до моего поселка. Можно, кажется, расслабиться… Слева также тянулось поле, справа – кусты у дороги и лес. Но, здесь - фонари, дома рядом! Вдруг кусты сразу за фонарным столбом затрещали. Мне бы испугаться, наверное, было положено, педали быстрее крутить! А я остановился и слушаю. По всему кустовью удаляющийся треск от уходящего стада. Только один зверь стоял где-то рядом со мной. Сопел и фыркал. Я его не видел из-за густых зарослей. Можно обвинить меня в глупости, неосторожности… Но не было почему-то страха!  Может, и опасности не было?